Stigmata: «Самое сложное – это просто довериться себе»

Хэштег #ВерниМнеМой2007 в этом году звучит особенно актуально. Десять лет прошло с того момента, когда альтернативная музыка в разных своих проявлениях была на пике популярности. Мы встретились с одними из лидеров той движухи, музыкантами группы Stigmatа, Тарасом Уманским и Денисом Киченко, чтобы поговорить о настоящем.

Сегодня можно сказать уверенно, что мода на музыку, которую олицетворяет группа Stigmata, уже прошла. Как вы себя сейчас ощущаете в этом мире?

Тарас Уманский: Тут все очень просто. Когда с тобой в жизни происходит что-то хорошее, то ты это осознаешь только спустя какое-то время или не осознаешь вообще. Весь этот хайп, связанный с 2007-ым, я на себе не испытывал тогда, и сейчас его не испытываю. Мы банда, которой просто нравится фигачить. Не для того, чтобы заработать бабки. И мы никогда не причисляли себя к металкору. Я всегда удивлялся, когда нас записывали в этот стиль. Мы просто брали идеи, которые рождались здесь и сейчас. Так и остается спустя годы, хотя состав частично поменялся за это время. Мы те, кто мы есть, и ими останемся. Иначе, какой в этом смысл? Мы делаем музло, которое прет нас самих, наших корешей. Если оно понравится еще кому-то, то вообще отлично!

Прошло пять лет с момента выхода вашего последнего альбома. Сейчас планируете какой-то релиз?

Денис Киченко: Да, мы сейчас работаем над материалом, альбом планируем выпустить в начале октября, а с ноября начать гастроли. Если это и сместится, то не больше, чем на месяц. Хотим откатать тур до конца года. А вообще, было бы круто бомбануть бесплатный концерт в новогоднюю ночь. Мы однажды, в самом детстве, уже играли так. Это был жесткий андеграунд, клуб «Орландина». Мы начали херачить с боем курантов, и через две минуты на сцене начался лютый махач. Там была жесткая бесконтрольщина и хардкор.

Так вы можете и в этом году повторить.

Тарас: Да никто не впишется в эту тему. Ни организаторы, ни клубы, ни группы. Все начнут задавать вопросы: «А сколько мы за это получим?» Я думаю, что будет именно так. Так всегда, на всех фестивалях это преподносится как праздник, но внутри там дележ бабла. Не хочется заставлять никого. Мы фигачим, вы фигачите, всем круто и все по-честному. Надо делать периодические такие тусы, чтобы люди не забывали, для чего они вообще этим занимаются. Мне кажется, что в последнее время вообще искренность уходит из тусы. Концерт — это же праздник, все должны угарать, кайфовать.

Денис: В Новый год все притворяются, что им типа весело, а на самом деле нихера. В этот Новый год мне было дико скучно, я не знал, куда себя деть все семь дней. И так везде, город просто замер. Я не уверен, что в каждой хате был «пати хард» и веселье. Все тупо гнили и смотрели Галкина по всем каналам. Полный отстой.

Можно ли сейчас в России нормально существовать, играя такую музыку? В финансовом плане.

Денис: Ну че у тебя вопросы все какие-то тленные. Да все круто, чувак! Как можно существовать? Ты посмотри на меня! Я выгляжу круто! Потому что я е…шу хардкор уже пятнадцать лет!
Тарас: Отлично сказал! Жалко, что у меня нет калаша, я бы сейчас очередь в потолок пустил!

Денис: Ты давай, завязывай с этой меланхолией своей. Все круто!

Окей, сменим тему. Смотрите, раньше был популярен русский рок, потом пришел металкор и эмокор, сейчас хип-хоп. Что дальше? Давайте попробуем проследить тенденцию музыкальной моды в стране.

Денис: Электронная музыка.

Она уже была.

Денис: Нет, все уйдет в электронщину. Вся музыка и так уже электронная.

Тарас: Сейчас ни одна банда не обходится без «синта».

Вы о технологии, а я говорю о стиле.

Тарас: Так с технологией и появляется стиль. Например, я хочу такой звук, чтобы гитару зажевала пластинка. Раньше я должен был идти к диджею. И не к какому-то лоху, а к офигенно крутому диджею, который реально чувствует ритм, грув и сможет хорошо это сделать. Сегодня же я скачаю плагин, и у меня на компе будет эффект гораздо круче. Вот тебе стиль! И ты никогда не узнаешь, где я это взял и как сделал. Сейчас набор возможностей гораздо больше, куча пресетов, которыми можно пользоваться. Если сравнить метал-песню, записанную сейчас и десять-двадцать лет назад, то отличие колоссальное. Даже демо у каких-то пацанов на YouTube звучит уже очень круто.

Мне кажется, что сейчас даже начальный уровень музыкантов намного выше. Они сразу играют круто, поют. Такого не было.

Тарас: Не в этом дело. Просто сейчас технологии позволяют все выровнять. Ты можешь прочитать алфавит, а «гугл» за тебя споет песню. Не знаю, хорошо это или плохо, но это возможно. Ты можешь делать так или мучиться полночи, чтобы записать вокал одним дублем. В принципе, нет никакой разницы по итогу.

Получается, что один долго учился музыке и прокачивался, а другой скачал библиотеку звуков.

Денис: И в итоге прав тот, кто скачал библиотеку звуков. Потому что он изначально понимал конечный результат и шел к нему. Электронная музыка всегда качает жестче, чем живой инструмент. У нее регистр звучания шире. Ты никогда не сыграешь на бас-гитаре так, как тебе зафигачит синтезатор. Никогда.

Тарас: Возможностей у электронной музыки настолько больше, что об этом можно говорить неделю.

Машины завоевали мир?

Денис: Да, электронная музыка делает металл тяжелее, мощнее и красивее.

Тарас: После drum-n-bass какие-нибудь Dark Tranquillity кажутся вялой херней. Вотафак?

Денис: Да, чепуха несерьезная.

Тарас: По итогу ты получаешь результат быстрее и лучше. Тебе не надо тренировать технику игры на гитаре, можно просто нарисовать это на компе. Но это не значит, что ты лох. Потому что все равно это твоя мелодия. Ты ее сочинил, и она цепляет. Бах тоже не отрывался от обеда, чтобы сесть за орган и запилить пару риффаков. Он все это в голове сочинял. Мелодия у него была уже готова еще до того, как он садился за инструмент. Это просто разные способы достижения одной и той же цели.

А как вы пишете музыку?

Денис: Я прихожу к Тарасу, и он ставит мне десять треков, которые он написал. Я что ни слушаю, мне все нравится. Ну, думаю, это успех, а когда я его вижу на следующей репе, оказалось, что он все стер.

Показалось, что это вяль?

Тарас: Ну да. Я постоянно стираю музыку и переписываю заново. У меня нет папки, где бы лежали какие-то неудачные риффы, потому что через время они не станут крутыми. И я могу генерировать музыку бесконечно. Денис меня часто останавливает.

Денис: Если бы меня не было, Тарас бы до сих пор записывал «Лед» и «Сентябрь» в надежде их когда-нибудь выпустить.

А что насчет альбома, который у вас сейчас готовится?

Тарас: Одно могу сказать, что он точно будет необычным. И мы очень плотно занимаемся текстами. Хотим, чтобы люди слушали и проникались не только музыкой, но и стихами. Сейчас мы как раз стараемся этот момент подтянуть.

Денис: Последние наши работы по текстам крутые. Меня они устраивают.

Ты критично относишься к своим текстам?

Денис: Очень! Я считаю, что основной посыл трека в тексте. Мне часто говорят поклонники, что наши тексты помогли пережить какой-то сложный период или помогли повзрослеть. Ему не может помочь гитарный рифф или какая-то группа, чей язык он не понимает. Ему нужны братья по духу, которые говорят о том, что они уже пережили. О том, что любые проблемы — это фигня. Главное — не грустить и не опускаться в тлен. За последние пять лет я очень много пережил и сейчас хотел бы скрутить, скоммутировать это в клевые текста и передать на каком-то интуитивном уровне своему слушателю. Этот месседж очень важен.

На вашем последнем треке «Цунами» музыка и вокал стали мягче. Это было умышленно сделано?

Тарас: Вообще, изначально это планировалось как «фит» с группой Naily. Наш новый гитарист Митяй (на тот момент он еще не был нашим гитаристом) принес рифф, который нам понравился. Он был такой лайтовый, и мы подумали, что можем сделать трек вообще не похожий на «Стигмату». Это же «фит», какая разница? Потом, конечно, мы все переделали.

Денис: Тарас в итоге стер все его риффы.

Тарас: Да, мы целый год делали этот трек.

Денис: Только текст три раза переписывался полностью.

Вы довольны результатом?

Денис: Фиг знает. В какой-то момент я тормознул процесс. Сказал, что хорош уже.

Тарас: Если бы не Денис, то мы с Митяем еще год этот трек бы лобызали, докручивали. Песня так видоизменялась за это время. Там, наверное, было тридцать версий.
Звучание «Цунами» — это тренд вашего нового альбома?

Тарас: Нельзя так сказать. Я могу точно сказать, что альбом будет другим.

Денис: Он будет современным и стилевым. На живых выступлениях слушателя будет херачить гораздо сильнее, чем от старых треков. Мы применяем новые технологии, но на записи может показаться иначе. Все же концертная группа всегда останется концертной группой.

Как вы думаете, в России рок-музыка в широком понимании этого слова может стать мейнстримом?

Тарас: Может. Если бы каждый музыкант верил в то, что он делает, то проблем бы не было никаких. У нас многие идут по правильному пути, а потом в какой-то момент ломаются. Девушка, ипотека, снизилась движуха… Да я чуть не сдох, записывая трек «Цунами», который и в подметки не годится тому, что я делал до этого. Но прикол-то не в этом! Важно то, что я в него вложил и почему я его сделал именно таким. Не важно, кто и что думает про этот трек. Что мы опопсели или еще чего. Людям очень сложно это понять. Вообще самое сложное — это просто довериться себе. Не смотреть на то, кто и как реагирует, сколько лайков получишь и так далее. Это все не важно. Многим не нравится то, что они делают, но они убеждают себя в том, что это круто, потому что другие это котируют. Я считаю, что если ты что-то искренне делаешь, то это видно.



Читай ещё: