Группа ДМЦ. 15 лет цветных дорог

Накануне акустических концертов Андрей Гречаник, вокалист группы «ДМЦ» честно рассказал о жизни группы на две столицы, о падении со стены Псковского Кремля, о дуэте с Дарьей Ставрович, и открыл секрет, в какой все-таки цвет меняются дороги.

Группе в этом году 15 лет! Для вас это дата?

Сложно сказать, на самом деле. Барабанщик считает, что нам уже 15 лет. Я, как барышня в возрасте, считаю, что нам гораздо меньше. 15 лет прошло с первого нашего акустического выступления. Но в том формате, в котором группа звучит сейчас – меньше. Года 3-4 мы метались дуэтом, с инструментами по фестивалям авторской песни. Но название «Дороги меняют цвет» тогда уже было.

Отмечали как-то это событие?

Концерты будут. Но я такой человек, очень не люблю слово «модно». Сейчас я вижу такую тенденцию, что все отмечают свои юбилеи. Пошло дальше – начали отмечать юбилеи альбомов. И я понимаю, что если мы сейчас будем отмечать «15 лет дорог», то это затеряется в общей мишуре. Я и к своим дням рождениям так отношусь – ну, год прошел… Да и не верится, что уже 15 лет топчем эту сцену.

Как она изменилась за эти годы?

Группа существенно изменилась. Если бы мне или моим ребятам не нравились эти изменения, то их бы не было. Мы в корне перешли от одного звука к другому. Состав поменялся. Из основателей, кто играл даже не в первом, а во втором составе остались только я, барабанщик Андрей Братанов и клавишник Алексей Олешко. Год-два назад ушел басист, с которым мы создавали группу. Сейчас у нас парень из Карелии – Максим Шашкин. Получается такой интернациональный состав: кто с Крыма, кто с Украины, а кто вот с Петрозаводска. Половина коллектива в Питере живет, половина в Москве. Все очень изменилось. Альбом в этом году выпустили с совершенно другим звуком.

Как удается выстраивать работу, когда половина коллектива в Питере, а другая в Москве?

Когда мы писали альбом, нам действительно приходилось то в Питер ездить, то в Москву на репетиции. В группе мы работаем вместе. Я написал песню под гитару в акустике, а дальше трудимся над аранжировками. Я считаю, что каждый член коллектива владеет своим инструментом лучше, чем я. И каждый вносит часть чего-то своего. И именно поэтому получаются те песни, которые получаются. Бывает, обсуждаем с коллегами-музыкантами: а не проще ли мне самому сделать все аранжировки, а потом просто раздать свои ребятам ноты? Нет, это не про меня. Сейчас некоторое время мы просто репетируем перед концертом, снимаем студию в городе, где находимся, и прогоняем материал. А так, каждый индивидуально дома занимается. Я очень боялся этого момента… И даже больше скажу, мы недавно в Великом Новгороде играли на фестивале, и к нам подошла наша подруга-организатор и говорит: «Чайник, а что вы так жирно звучать стали?!» Казалось, мы должны были хуже играть, а получается какой-то рост. Если бы мы репетировали три раза в неделю, мы бы безответственно к этому относились. А так, каждая репетиция на вес золота. Поэтому приходится выжимать из того, что у нас есть, по максимуму, и нам все удается.

Можно подробнее узнать об альбоме? Почему такое название?

У меня было несколько вариантов названия. Но в нашей группе царит демократия, и было принято решение назвать альбом «Целуй ниже». Как правило, названия к предыдущим четырем альбомам придумывал я, и никто не спорил. А здесь доверился ребятам. Вдруг они знают больше, чем я, и у них получится. Обложку делал наш гитарист, например. И сама заглавная песня придумывалась совместно на кухне часа в три ночи. Сашка, гитарист, наиграл мелодию, у него был набросок текста, я его переделал, добавил припев, и вот так родилась песня. Помимо этого была проделана большая работа, чтобы в альбоме приняли участие и Леха Никонов, и Антон «Пух», и Дария Ставрович.

Есть в планах ещё дуэты? Может, какой-то эксперимент ждёт своего часа?

Эксперименты у меня часто в голове рождаются, особенно по поводу дуэтов. Дуэты это такая очень тонкая вещь, потому что, во-первых, очень не хотелось бы превратиться в дуэтную группу. Плюс, дуэт же не должен быть просто дуэтом, ради имени. Это должно дополнять песню. Вот, например, в случае с Лехой Никоновым два человека абсолютно в разных пространственных измерений написали то, что выросло в целую картину. «Пух» и Нуки добавили в песню того, чего мне очень не хватало. Кто-то говорит, что Даша слишком надрывно поет, а мне вот этого надрыва и не хватало, потому что песня, по сути, это крик. С Ваней Демьяном тоже интересно получилось. Я слушаю песню перед сведением, играет второй куплет, а у меня там голос Вани. Я сразу ее отправил, Ваня послушал и сказал «моё». То же самое и с Михайловым вышло (Денис Михайлов, гр. «ОБЕ-РЕК»). Один из флагманов альбома – трек «Смеяться всем в лицо», здесь мы хорошо друг друга дополнили.

Вы много гастролируете, и у вас наверняка было много забавных случаев на гастролях. Расскажите хотя бы об одном.

Были и хочется, но нельзя их рассказывать. Как правило, все истории связаны с каким-то трэшем и угаром, но никакого криминала, конечно. У нас барабанщик в какой-то момент понял, что все эти истории и ситуации из нашей жизни нужно записывать, чтобы на старости лет издать мемуары. И он их вел около года. Но писал ручкой в тетрадку, и в доме в Питере, где они жили, случился пожар. Из квартиры вынесли все самое необходимое, а тетрадка осталась, ее полностью залило водой, чернила потекли, и разобрать текст было невозможно. Он в трауре неделю ходил, там было очень много воспоминаний…

Из последнего вот, например, недавно в Пскове ночью гуляли по Кремлю. Наш гитарист прыгнул на дерево и упал вместе с деревом со стены Псковского кремля. А потом встал, отряхнулся и пошел, как ни в чем не бывало. В том же Пскове мы играли на фестивале вместе с группами «Йорш», «Включай микрофон» и «Северный флот». Меня со сцены на руках понесли в толпу и потом нечаянно уронили. Хорошо, что это было на последней песне, я вылез на сцену, отер кровь с лица, допел последний припев, поклонился и ушел. А домой приехал – лоб содран, с синим счесанным лицом… И я теперь несколько раз подумаю, прежде чем прыгнуть в толпу. А так, вся наша жизнь – большая история.

Летом вы играли на благотворительном фестивале в клубе Volta. Часто принимаете участие в подобных мероприятиях?

Я стараюсь по максимуму не отказываться от таких концертов. Каждый концерт отличается по эмоциям: получаешь отдачу от зала или нет. Или зависит от настроения артиста: видит полный зал – настроение хорошее, а если пустой – приходится выжимать из себя. Если собираем деньги для кого-то, то собираем деньги. Если играем для людей с ограниченными возможностями – они точно такие же люди, и отдача от них не меньше.

Многие известные музыканты поддерживают те или иные благотворительные фонды, кто-то вообще создаёт собственные проекты. Были у вас когда-нибудь такие идеи?

Мы откликаемся на любое подобное приглашение принять участие. Но чтобы сделать что-то свое, к сожалению, нет таких ресурсов. И пиариться на этом особо не хочется. Тут же такая тонкая грань между действительно помощью и самолюбованием. Когда записывали «Невидимые дети», было желание, и с Дашей Ставрович обсуждали, чтобы связаться с каким-то фондом, который помогает невидящим детям, либо другим детям, нуждающимся помощи. Но это осталось на уровне разговоров, потому что у каждого свои дела, свои заботы. Сейчас мы пишем песню, она косвенно связана с собачьей жизнью. И тоже была идея связаться с фондом помощи бездомным животным. Но этим нужно заниматься, на это нужно время.

Последнее время вернулся тренд на клипы (как полноформатные, так и лирик-видео), только смотрят их теперь в «YouTube». Как у вас с этим обстоят дела?

Это, на самом деле, моя больная мозоль. Мы как сапожник без сапог. У нас в группе два профессиональных видеооператора. У нас друзья монтажеры. Я проработал семь лет на телевидении. И идей хватает. Кому-то надо снять видео – ради бога. Я сяду, напишу креативный сценарий, поеду на съемку, выступлю в качестве режиссера, пацаны снимут и все будет огонь. А вот себе – нет. Даже на ту песню, которую пишем, очень хочется снять клип, но ничего в голову не приходит. У нас есть несколько клипов. Вот один из них. Ребята из Екатеринбурга сняли фильм, называется «Окно», и попросили наш материал в качестве саундтрека. К слову, очень неплохая, уровневая работа, и они сняли это за свои деньги, что для меня до сих пор остается загадкой. Получилось взрослое, хорошее кино. Для клипа мы досняли немного меня, взяли фрагменты фильма и смонтировали это. Но получилось так, что на всех лучших кадрах, которые попали в клип, везде у меня в руках сигарета. И мы отправляли на разные youtube-каналы, но нам ничего не отвечали. Как его взять, когда у артиста постоянно в руках сигарета? Да и сейчас какие клипы смотрят? Нужна хорошая идея, какая-то вирусность, интересная, неожиданная концовка, чтобы люди пересылали друг другу видео. Но будем работать над этим и сделаем что-нибудь хорошее.

В какой цвет меняются дороги?

В данный момент я думаю, что дороги меняются в белый цвет. А там посмотрим, куда это заведет. Но как группу назвали, так оно все и идет, все меняется.



Читай ещё: